crazy_reader (crazy_reader) wrote,
crazy_reader
crazy_reader

Categories:

«Анна Каренина». II. Сопутствующие обстоятельства

          «Анну Каренину» часто называют семейным романом, намекая на то, что именно семья стала  его главной идеей. И это при том, что мы не видим на страницах книги ни одной счастливой семьи, во всех, показанных нам, что-нибудь, да смешалось. Даже у Левиных, наиболее благополучных в этом отношении, просматриваются очаги потенциальных конфликтов. Может быть, Толстой хотел выразить своё отношение к институту семьи в целом? Показать его кризис? И Анна Каренина должна была своим порочным поведением показать современниками одну из причин этого кризиса? Намеренно обострив, для большего эффекта,  реакцию общества на эту измену? Ведь правила морали и практика поведения тогда не были столь суровы, как показал нам Толстой на примере судьбы своей главной героини.

        Достаточно сказать, что император, главный человек в стране, без всякого грифа секретности  сожительствовал со своей фавориткой Екатериной Долгорукой и даже имел с ней совместных детей. Да и в самом близком окружении Льва Толстого имелись «предатели».

          Мария Николаевна, родная сестра Толстого, бросила своего мужа и через некоторое время сошлась со шведским виконтом, от которого без проведения каких либо официальных процедур родила ребёнка. Потом, правда, эта связь разрушилась, она бросила любовника, раскаялась в своих земных грехах и ушла в Шамординский монастырь. Но до этого никаких репрессий со стороны светского общества по отношению к ней не наблюдалось, а обществу крестьянскому, самому большому в России, это дело вообще было до лампочки.

          Ещё более скандальными выглядят истории с родственниками Софьи Андреевны. Её родная  сестра Елизавета, состоя в браке с генералом, пользовалась всеми благами своего положения – жила в роскошном доме, ездила на его лошадях, носила его фамильные драгоценности. В то же время, не скрываясь, изменяла ему со своим кузеном.  Принимала его у себя (то есть у генерала) дома и спокойно показывалась с ним в свете. Через некоторое время, надо сказать для справедливости, она развелась с генералом и вышла за кузена, но дело то в том, что никакого заметного возмущения её поведение не вызывало (разве что у Софьи Андреевны). Кстати, это та самая Елизавета, которая в своё время считалась чуть ли не невестой Толстого. Да и он сам к ней присматривался, пока его вниманием, а потом и сердцем, не овладела её младшая сестра Софья.

        Отец Софьи Андреевны ещё до своего брака с Иславиной был в связи с Варварой Петровной Тургеневой, от чего родилась ещё одна Варвара. Так вот, эта Варвара по матери была сестрой Тургеневу, а по отцу – сестрой жены Толстого. Таким образом, два классика состояли в родстве, степень которого могла быть намного ближе, если бы романтические отношения между Марией Николаевной Толстой и Иваном Сергеевичем Тургеневым завершились браком. Что тут сказать, страшно узок круг этих писателей.

        И, напоследок, процитирую самого  Толстого:

«Добрая тетушка моя, чистейшее существо, с которой я жил, всегда говорила мне, что она ничего не желала бы так для меня, как того, чтоб я имел связь с замужнею женщиной: «Rein ne forme un jeune homme comme une liaison avec une femme comme il faut»; еще другого счастья она желала мне — того, чтоб я был адъютантом, и лучше всего у государя; и самого большого счастья — того, чтоб я женился на очень богатой девушке и чтоб у меня, вследствие этой женитьбы, было как можно больше рабов».

          Примеров в эту копилку можно доложить сколько угодно, но ведь Толстой, прекрасно зная реальное положение вещей, тем не менее, сделал жену-изменницу изгоем общества. В чём причина?  Насколько я понял, даже у профессионалов по этому поводу  нет единого мнения, и это развязывает мне руки.

            Женский вопрос интересовал Толстого не только с практической (возможно, напишу об этом отдельно), но и с теоретической стороны. Положение женщины в обществе, её место в иерархии обязанностей и потребностей, её предназначение, в конце концов, - вот только несколько вопросов, ответы на которые искал Толстой.

          В то время он увлекался Шопенгауэром. Вслед за философом, который считал, что мужская и женская верность сильно различаются, Толстой полагал, что мужская верность искусственна, а женская – естественна. Отсюда вытекает, что на мужское прелюбодеяние, в силу этой причины, можно закрыть глаза, а вот на женское – ни в коем случае. В романе ни Вронский, ни, тем более, Стива Облонский со стороны общественного мнения не получили никаких ограничительных сигналов, в то же время Анна подверглась остракизму. Хотя тут сыграло роль и выставление измены напоказ, без прикрытия её, хотя бы формально, для приличия, самым крохотным фиговым листочком. Так нельзя, сказал свет, а надо было по-тихому: тоже нехорошо, конечно, но допустимо, дело-то житейское.

           Думаю, что сыграла роль в выборе для романа темы адюльтера с каждым годом всё углубляющаяся трещина, появившаяся в начале семидесятых годов в безмятежной до тех пор семейной жизни Льва Николаевича и Софьи Андреевны, о чём они, независимо друг от друга, упоминали в своих дневниках и записях. Как известно, Толстой в отношении к вопросам собственности был весьма противоречив, а жена, как ни крути, в некотором смысле собственность мужа (и наоборот, разумеется). Почему бы не предположить, что мысли, порождённые разладом в собственной семье, в какой-то мере спровоцировали писателя и подтолкнули его к теме супружеской неверности? Ведь они оба были наделены повышенным уровнем чувства ревности. Имелись ли для этого реальные основания, сказать сейчас трудно, а вот реальные подозрения были. Чего стоят только сцены, которые Толстой,  приближаясь к семидесятилетнему возрасту, устраивал жене, обвиняя её в отношениях с Танеевым, переходящими, по его (Толстого) мнению рамки обычного знакомства. Справедливости ради, надо отметить, что Танеев был для своего времени композитором очень прогрессивным и женщинами интересовался мало. Так ему и надо было об этом Толстому сказать, ради мира, дружбы и душевного спокойствия нашего классика.

          А вообще, главной причину появления этого романа я назову самую простую, и Оккам, не сомневаюсь, меня поддержит (а для несогласных у нас бритва есть). Толстой – писатель, и писать ему так же необходимо, как необходимо пить алкоголику или курить курильщику. Бросить можно, но ведь какая ломка начнётся. К тому же, Толстой не только писатель, но и мыслитель, а роман – самая удобная форма для донесения своих мыслей до людей. Поскольку мыслей было очень много, то небольшая история разрасталась, разрасталась, пока не доросла до восьмисот страниц. И вот тогда Толстой поставил точку.

====================
Tags: Литература, Толстой Лев
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • В этот день 6 лет назад

    Этот пост был опубликован 6 лет назад!

  • Анекдоты по понедельникам

    В предыдущем посте я писал о том, что слова, с течением времени, могут поменять своё значение самым радикальным образом. Кажется, и слово…

  • Ещё раз о словах. Озорные мысли.

    В мире слов с некоторыми экземплярами, с течением времени, происходит "ряд волшебных изменений", в результате чего смысл их меняется самым…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments

Recent Posts from This Journal

  • В этот день 6 лет назад

    Этот пост был опубликован 6 лет назад!

  • Анекдоты по понедельникам

    В предыдущем посте я писал о том, что слова, с течением времени, могут поменять своё значение самым радикальным образом. Кажется, и слово…

  • Ещё раз о словах. Озорные мысли.

    В мире слов с некоторыми экземплярами, с течением времени, происходит "ряд волшебных изменений", в результате чего смысл их меняется самым…