crazy_reader (crazy_reader) wrote,
crazy_reader
crazy_reader

Categories:

Ги Меттан о русофобии . Часть 3.

Слова могут действовать, как микроскопические дозы мышьяка:
их проглатываешь, не замечая, и кажется,
все в порядке, но проходит время, и яд начинает действовать.

Виктор Клемперер. Lingua Tertii Imperii (язык Третьего Рейха)

            В завершение совсем краткого, много оставившего за своими рамками обзора книги Ги Меттана «Запад-Россия. Тысячелетняя Война. История русофобии от Карла Великого до украинского кризиса. Почему мы так любим ненавидеть Россию?» остановлюсь на тех методах, которые используются в СМИ, книгах, академических работах и прочих источниках «знаний» (кавычки потому, что очень часто знания являются информацией, не всегда соотнесённой с правдой). Используются как с манипулятивными целями, которые предполагают злой умысел, так и в силу «когнитивной деформации» тех же журналистов, например. Ги Меттан связывает с этим понятием воспроизведение, нередко бессознательное и, не исключено, вполне искреннее, тех стереотипов и клише, которые окружают их с детства. Использование подобных методов приложимо не только к России, они универсальны для любого медийного пространства. Поэтому я начну с Израиля, делающего в своей информационной политике то, чего так не хватает России.

            Понимая важность информационных войн, значимость имиджа страны и что в наше время презентация зачастую важнее фактов, израильские специалисты разработали «Israel Project 2009. Global Language Dictionary». Евреи составили каталог обвинений и ответов на них для любой ситуации. Какой бы вопрос ни задал иностранный журналист — касательно Палестины, бомбардировки сектора Газа, освоения занятых арабами территории, терактов, мирных переговоров, статуса Иерусалима, стены Плача, — на все в этой книге есть готовый ответ.
            Для каждой ситуации, для каждого каверзного вопроса книга подсказывает, какие аргументы приводить, какие слова произносить, а какие — ни в коем случае. Это просто гениально! Тем более что в этой книге нет ни слова лжи: все факты налицо. Но она учит искусству обойти молчанием, вывернуться, выдвинуть контраргумент, умело сформулировать. Прямо-таки эталон коммуникации! Чтобы убедить, не надо лгать, надо просто правильно представить факты, выстроить аргументацию, подобрать соответствующие слова.

          Что тут комментировать? Молодцы. Прежде чем перейти к методам подачи информации, перечисленные Ги Меттаном, не могу удержаться от одной цитаты из его книги, смысл которой (цитаты), к моему превеликому огорчению, по каким-то причинам перпендикулярен медийной политики нашего МИДа (ограничусь этим уровнем). Имею в виду набившее оскомину требование  «предъявите факты» с последующим ожиданием оных. Да не фактами сейчас оперируют, а картинками, обработанными в «фотошопе».

            Все профессиональные журналисты хорошо знают, что любой контакт начинается с первого впечатления, которое, в конечном счете, побеждает. Когда образ, созданный массмедиа, утвердится, никакие опровержения уже не изменят того, что отложилось в мозгу и структурировалось в коллективное мнение. Когнитивные фильтры закроются раз и навсегда.


Выбор лексики и семантические деформации

          Суть его в том, что одни и те же вещи и события, относящиеся к разным лагерям, называют разными словами. Грубо говоря (грубо, потому что этот и другие примеры  не упомянуты у автора): если он наш - то разведчик, если не наш - то шпион.  Или для кого террорист, а для кого-то – повстанец. У кого-то власть, а у кого-то режим. И так далее.
        Итак, выбор лексики является основополагающим, ведь именно он создает ощущение принадлежности к одному и тому же лагерю или, наоборот, порождает недоверие и враждебность. Wording, Sprachregelung, usage contrôlé des mots, тщательный отбор лексики — это первый этап в деформации медийного языка. Занимаются этим профессионалы от коммуникации, это они придумывают формулировки и клише, которые удобно повторять и которые потом прочно войдут в обиход и замелькают на первых страницах периодических изданий.

          Либеральные философы любят говорить о «рынке идей»: так и видишь граждан-потребителей, отоваривающихся на этом рынке, как в супермаркете. Однако, подобно большинству капиталистических рынков, рынок идей не знает свободной конкуренции. В действительности он тщательно изучается и формируется маркетологами, стремящимися усилить позиции «ведущих фирм», утвердить их жесткие формулировки в ущерб менее серьезным конкурентам. Под лощеным фасадом медийной конкуренции и свободы слова скрывается манипуляция, усиливающая позиции хозяев рынка.

Отбор источников информации и смысловые искажения

          Одним источникам отдается предпочтение, другие игнорируются, при этом материал подается якобы с исключительной объективностью. Такой способ позволяет кардинально изменить тональность текста и создать статью, негативно окрашенную по отношению к враждебной стороне или же, наоборот, позитивную по отношению к той стороне, которую надо представить в выгодном свете. Именно в этом ключе пишут о Китае: 90 % статей рассказывают исключительно о проблемах окружающей среды и нарушениях прав человека, в результате чего создается впечатление, что Китай — это клоака, в которой барахтаются полтора миллиарда бесправных китайцев, непрерывно подвергающихся всевозможным унижениям. Но обо всех этих проблемах, о коррупции, о нарушениях прав человека в западной прессе говорят только китайские диссиденты и представители НПО, коих лишь 0,01 % населения. Безусловно, они пишут правду, и их мнение заслуживает внимания. Но как понять Китай, если мы не знаем, что думают остальные 99,99 % китайцев?

            Это явление принимает еще более широкий размах, когда дело касается России. Практически все эксперты, которых цитируют применительно к российским событиям — идет ли речь о трагедии в Беслане, выборах, Чечне, войне на Украине или о санкциях и их результатах, — все эти люди работают на американские (европейские) аналитические центры, либо являются главами неправительственных организаций, финансируемых американскими (европейскими) фондами, либо же связаны с украинскими властными структурами, либо являются тайными агентами НАТО, изящно маскирующимися под «Центр за европейские демократию и безопасность» (варианты: «Институт по делам свободы печати и прав человека», «Аналитический центр мира».

          Цивилизованное общество и неправительственные организации в наше время так превозносятся, что стало неприличным интересоваться, кто их субсидирует и как они работают. При этом нет ничего более темного и более антидемократического, чем НПО. Пресса проявляет вполне оправданный интерес к финансам политических структур, но НПО обсуждать не принято — ни цели, которые они перед собой ставят, ни источники их финансирования. И тем не менее, большая часть тех, кто борется за права человека и свободу слова, черпает ресурсы из частных и государственных источников вполне определенной направленности.

Отбор и подтасовка фактов

            Третий весьма распространенный метод — это искажение реальности: произвольный отбор фактов, их подтасовка, смещение точки отсчета, извращение причинно-следственных связей. Такое передергивание требует от читателя (зрителя, слушателя) досконального знания событий и их последовательности. Оно также играет на забывчивости читателя, занятого будничными делами, не способного переварить ежедневно обновляющуюся лавину информации.

          Классический прием, помогающий выгородить одну сторону перед другой, — смещение даты начала конфликта. Это довольно безопасный метод, потому что датирование, как правило, вызывает споры.

            Кроме того, поскольку западные демократические законы нуждаются в поддержке общественного мнения, западные государства, прежде чем вступить в войну, должны непременно доказать, что не преследуют в ней корыстных целей. Война оправдана в двух случаях: если речь идет о самозащите и если она ведется за правое дело (мир, демократию, освобождение народов). Иначе говоря, западная война нуждается в благословении со стороны гуманитарных сил.

Разделение на «мы» и «они»

          Составление текстового сообщения информагентства или подпись к видеоряду в новостях — это вовсе не холодный и не нейтральный вид деятельности. Напротив, выбор лексических средств, интонации, создание образа, метафор, употребление объединяющего «мы» могут породить ощущение близости, общности, человеческого тепла. Но можно также противопоставить «мы» — и «они». «Они» — это другие, все остальные, кто не входит в круг счастливых избранников.

(Получилось так много для завершающей части, что её продолжение перенесу на завтра).

==================
Tags: Ги Меттан, Западнизм, Исторические фрагменты, Россия
Subscribe

  • Анекдоты по понедельникам

    За минувшие сутки никто не застрелен, не взорван, ни один самолет не разбился, ни один корабль не утонул. Стихийных бедствий не было. Редакция…

  • Анекдоты по понедельникам

    Сидит коллега, лицо хмурое. Спрашиваю: - Что делаешь? Ответ: - Анекдоты читаю… ========== В связи с запретом мата в общественных местах,…

  • Анекдоты по понедельникам

    - Мам, а динозавры в нашей речке водились? - Да откуда я знаю. Это же очень давно было. У дедушки спроси. ============ - Простите, а Вы поститесь? -…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments

  • Анекдоты по понедельникам

    За минувшие сутки никто не застрелен, не взорван, ни один самолет не разбился, ни один корабль не утонул. Стихийных бедствий не было. Редакция…

  • Анекдоты по понедельникам

    Сидит коллега, лицо хмурое. Спрашиваю: - Что делаешь? Ответ: - Анекдоты читаю… ========== В связи с запретом мата в общественных местах,…

  • Анекдоты по понедельникам

    - Мам, а динозавры в нашей речке водились? - Да откуда я знаю. Это же очень давно было. У дедушки спроси. ============ - Простите, а Вы поститесь? -…