crazy_reader (crazy_reader) wrote,
crazy_reader
crazy_reader

Categories:

«Юморист», 2018, Россия, Латвия, Чехия

          Не хотелось бы обобщать и, тем более, копаться в причинах, но кинематографический выхлоп от многих наших мастеров культуры больше похож на перегар – устойчивый, многодневный перегар в прокуренной, затхлой атмосфере крохотной комнатушки, где эти мастера вяло пережёвывают одни и те же сюжеты, перебирают одни и те же темы. Снимают о других, а... «Фильмы Павла о Петре говорят нам больше о Павле, чем о Петре» - надеюсь, Спиноза на меня не обидится за небольшую поправку. При том, что «Юморист» снят очень неплохо, если его смотреть без звука, но стоит прибавить громкость – и всё, накатывает на тебя атмосфера из той тайной комнаты, и пульсирует мысль: «Мастера культуры, вы что, ...?».



     СССР, 1984-й год. В кресле генсека ещё сидит Черненко, но совсем рядом уже нарезает круги минеральный секретарь, пройдёт меньше года, и представляющийся вечным Союз нерушимый дружно начнут раскачивать - сначала весело, потом, втянувшись, уже по инерции, слегка недоумевая от результатов, и так до тех пор, пока всё не рухнет... Но пока у нас на календаре 1984 год.  Вступивший в критический возраст Борис Аркадьев (он же - Борис Моисеевич Аранзон) задыхается в безвоздушном пространстве. В переносном смысле, конечно, просто чувствует он себя так. Живой труп, который ест, пьёт, от скуки уводит любовниц у друзей, даёт концерты и так далее и тому подобное, который даже способен иногда, в состоянии аффекта, проявлять признаки жизни, напоминающие слабо контролируемые судороги. Но внутри у него всё то ли выгорело, то ли сгнило. В общем, то, что уже сто раз нам показали с самых разных сторон и  все эти сто раз, как однояйцевые близнецы,  похожи друг на друга своей унылостью и предсказуемостью. Тоска творческой интеллигенции о свободе, о руках, связанных постоянным контролем со стороны цензуры и, как обязательный элемент, днём и ночью следящие за ними агенты КГБ. Тут напрашивается вполне естественный вопрос – ну, развязали вам руки, и что? Где ваши шедевры? Риторический вопрос. Вернёмся к нашим юмористам.

          Кто такой Борис Аркадьев (я о киношном, а не прототипах)? Судя по постоянно мелькающим в кадре афишам, на которых Аркадьев в списках участников концерта стоит не только в компании с Хазановым, Жванецким и Винокуром, но и возглавляет эти перечни, наш юморист относится к первому ряду представителей своего жанра. Но вот достаточно большой фрагмент его коронного номера про фотографа с обезьянкой на сочинском пляже настолько уныл, что и Петросян навряд ли бы согласился его исполнять на своих концертах. Да и постоянные потуги на шутки из уст самого Бориса или его друзей столь же унылы и не смешны. В фильме делают намёк на то, что у него в столе лежат совсем другие произведения, искромётные и свежие, и даже зачитывают первую фразу, которая звучит так: «Я, космонавт Рабинович...». Это, наверное, уже само по себе смешно – так считает Борис Аркадьев. Смех сквозь слёзы, так сказать. Еврейская тема звучит в фильме постоянно, хотя, антисемитизм среди советских юмористов – шутка, ничуть не менее смешная, чем только что процитированное начало юморески самого героя нашей картины. Так получается, что, при всём своём материальном благополучии, Борис весь фильм страдает, а какова причина этого – я сказал выше. И тут зреет ещё один вопрос – а дают ли страдания его тонкой души право на хамское отношение к другим людям? Вот, например, подходит к нему восторженная почитательница его таланта  и просит у героя вечера автограф на книге, которую написал юморист в недавнем прошлом. И что делает страдающая личность? Вместо дарственной надписи рисует в её книге то, что школьники иногда рисуют  на заборах. Отомстил и слегка разрядился?

          Особую ненависть вызывают у Аркадьева вызовы на вечеринки к высокопоставленным людям. Однажды, правда, его вывезли на Байконур для сеанса связи с космонавтами, во время которого он на пять минут стал самим собой – человеком с детством и с душой. Слова эти из песни не выбросишь, непонятно только, зачем надо было тащить его в степи Казахстана, если совсем рядом с Москвой есть город Королёв (в то время Калининград), а там известный всему прогрессивному человечеству  ЦУП. Но что ни сделаешь ради показа самодурства системы! А вот выступать перед жёнами сановников ему было противно. Зреет ещё один вопрос – а доставляло ли им удовольствие, лет через шесть-семь спустя, кривляться перед малиновыми пиджаками?

          Пару слов о сыне, об Аркадьеве младшем. Не буду вдаваться в символизм и рассуждать на тему яблони и яблока, или же интерпретировать, в привязке к этому фильму, фразу «и по плодам их узнаете их». Буду краток: так я и представляю сегодняшних навальнят. Без привязки к тому, чего они добиваются, а в привязке к их максималистскому и наивному отрицанию всего, связанного с сегодняшней властью. Просто типаж, не более того. И эту тему закрываю.

          И вот ещё о чём не могу умолчать. Последние кадры переносят нас в 2018 год. Сцена, на которой постаревший Борис Аркадьев читает всё тот же рассказ про обезьянку на сочинском пляже. Уж не хотят ли авторы намекнуть на то, что тоталитаризм так и не покинул пределы страны? Да нет, гоню я от себя эту крамольную мысль, ведь финансировало эту картину Министерство культуры Российской федерации, а разве могло оно ввязаться в такое сомнительное предприятие? Не в романе Кафки же, в конце концов, мы находимся? Ну, если уж о финансовых вдохновителях, то напомню ещё Латвию и Чехию, студии которых приняли своё посильное участие в создании ленты. И, переходя на личности, добавлю, что Михаил Идов, автор сценария и режиссёр «Юмориста», родился в 1976 в Риге, то есть в 1984 году ему было целых 8 лет. Что ж, вполне зрелый мужчина был.




=======
Tags: Кино
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments