crazy_reader (crazy_reader) wrote,
crazy_reader
crazy_reader

Categories:

Овсянки, сэр! Заметки о фестивальном кино на примере двух лауреатов («Овсянки» и «Счастье моё»).

 

 

«Овсянки» и «Счастье моё» должен посмотреть каждый. Дело здесь не в их весьма сомнительной художественной ценности, куда больший интерес они представляют в качестве образчиков фестивального кино – так можно определить направление в кинематографе, сформировавшееся у нас в последнее время  и уже имеющее ряд родовых признаков. Вот те, которые просто режут глаз:

- ориентация на вкусы западного зрителя и, в первую очередь, на предполагаемые вкусы и взгляды жюри. Это приводит к подгонке нашей истории или действительности под привычные Западу (а именно там проходят самые престижные фестивали) шаблоны и штампы;

- поиск формы, максимально шокирующей зрителя;

- сознательное, порой вызывающее пренебрежение жизненной логикой.

Конечно, фестивальное кино неоднородно, есть там, например,  малые формы и крупные. В качестве примера крупных форм назову «Утомлённые солнцем-2» и «Край». А вот «Овсянки» и «Счастье моё» отнесу к кинематографу малобюджетному, камерному, без претензий на эпичность и на масштаб воздействия.

По преданию, в VI веке буддийский монах Дарума-дайси девять лет просидел в пещере, созерцая скалистую стену, прежде чем испытал сатори – чувство озарения.    «Овсянок» я смотрел часа полтора, но никаких намёков на изменения в своём сознании не заметил. Хотя, формально, и я и монах проделывали одно и то же – вглядывались в пустоту. К соучастию в творчестве, что бывает во время просмотра действительно хороших фильмов, этот продукт также не подталкивал. Слышал мнение, что «Овсянки» привлекают внимание к судьбе исчезающего народа мери. Вопрос к смотревшим – дрогнуло ли что-то в них, возникло ли желание если не принять деятельное участие в спасении «утопающих» (это по теме фильма), то хотя бы искренне посочувствовать именно этому народу, ужаснуться факту его исчезновения с лица Земли? Невнятные герои, раздражающий закадровый голос. Расхваливают операторскую работу… С чем её сравнивают и что там  нашли необычного? И поневоле начинаешь более внимательно, чем следовало бы, обращать внимание на несоответствие сюжетных поворотов жизненной практике. Взять хотя бы манипуляции с трупом. Что, если бы в реальности муж поступил с телом жены в соответствии с экранными «рекомендациями»? Думаю, что возбуждение уголовного дела не заставило бы себя долго ждать. Вообще, эта линия «Овсянок» напомнила мне недавно просмотренное перуанское «Молоко скорби», также близкое к жанру фестивального кино. Так вот, и там и здесь действие начинается с появления трупа, который и становится опорой для дальнейшего развития сюжета. Не буду утверждать, что это некрофилия в чистом виде, но полностью здоровым такой интерес назвать трудно. Сближает обе картины не только внимание к смерти, но и к жизни, точнее, к источнику жизни. К этому своеобразному соревнованию, считаю, наши подошли слишком поверхностно и уступили по очкам. Они ограничились банальным украшением… женских волос (назову это так)  какими-то висюльками, а вот в перуанском варианте глубже погрузились в тему и разместили во влагалище целую картофелину.

            «Счастье моё» вливает новое вино в, казалось бы, выброшенные на свалку нашей истории меха чернушного жанра.  Причём, если «Овсянки» отстранённо-аппатичны, то «Счастье моё» отстранённо-агрессивно. Такого чувства безнадёжности и вырождения замкадовской России я не видел давно. На экране - броуновское движение человекоподобных существ. Случайным образом они сталкиваются друг с другом, при первой возможности сильные вгрызаются в слабых, мародёрство стало нормой жизни.  Не  участие ли Германии в создании фильма «простимулировало» появление эпизода с возвращением советского офицера из побеждённой Германии с немецкими вещичками в небольшом чемоданчике? Не там ли нашёл режиссёр истоки мародёрства современного? Характерной является сцена на городском рынке: толкутся какие-то живые трупы, с какой целью они пришли туда, в чём смысл их нахождения не только в этом месте, но и вообще на Земле? Единственный в этом фильме нормальный (а точнее - полунормальный) персонаж, после столкновения с этой реальностью приближается к состоянию овоща, но даже в этом состоянии он не очень сильно выделяется из окружающей среды и вполне способен функционировать в установленных там рамках. В одном из своих интервью режиссёр сетовал на невозможность доведения до западного зрителя поэтики языка фильма. Ну никак эта поэтика, б***ь, не доходит, б***ь, до западного зрителя, б***ь. Потому что поэтика, б***ь, это то, б***ь, что теряется, б***ь, при переводе, б***ь. Подозреваю, что без спецподготовки обнаружить её (поэтику, конечно) дано не каждому русскоговорящему. Есть в этом фильме один диалог, в котором герой пытается узнать у попавшихся ему на пути каких-то одичалых полулюдей, куда ведёт дорога:

«- Это не дорога, это направление.

- Ну и куда же это направление?

- А никуда…. Тупик это, тупик нечистой силы».

Вот и мне кажется, что фестивальное кино забрело в такой тупик.

            Возможно, профессионалы могут своим острым взглядом вскрыть не открывшиеся мне глубины. Но страшно узок круг этих профессионалов, я же смотрю на экран как простой зритель. И просмотрел эти фильмы не из-за острого приступа мазохизма, а в силу вполне объяснимого любопытства: как бабочки летят на свет, а мухи на…, так и я польстился на полученные картинами награды и на восторженные сообщения в новостных выпусках. Не сожалею о потерянном времени, всё получилось весьма поучительно и познавательно.

 

 

Tags: Кино
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments