crazy_reader (crazy_reader) wrote,
crazy_reader
crazy_reader

Categories:

Читая Брусилова

           История показывает, что война для человеческого сообщества является таким же естественным состоянием, как и мир. Такая констатация не служит моральным оправданием разжигателям войн. Но не стоит и забывать, что бывают войны справедливые и несправедливые. Достаточно, перехожу к Брусилову. С учётом текущей ситуации события, происходившие перед началом Первой Мировой, достаточно актуальны.

          Я был твердо убежден, что всемирная война неизбежна, причем, по моим расчетам, она должна была начаться в 1915 году...
           Мои расчеты основывались на том, что хотя все великие державы спешно вооружались, но Германия опередила всех и должна была быть вполне готовой к 1915 году, тогда как Россия с грехом пополам предполагала изготовиться к этому великому экзамену народной мощи к 1917 году, да и Франция далеко не завершила еще своей подготовки.
           Было ясно, что Германия не позволит нам развить свои силы до надлежащего предела и поспешит начать войну, которая, по ее убеждению, должна была продлиться от шести до восьми месяцев и дать ей гегемонию над всем миром.


           Тут Брусилов делает экскурс в историю и сравнивает отношение к армии Александра III и Николая II.

 .         Александр III, человек твердый и прямой, не имел склонности к военному делу, не любил парадов и военной мишуры, но понимал, что для сохранения мира в особенности необходимо быть сильным, и поэтому требовал наивозможно большего усиления военной мощи России.
           К сожалению, с воцарением Николая II … картина резко переменилась.
           Явились по свойству характера молодого царя колебания то в ту, то в другую сторону, а новый военный министр Куропаткин не был достаточно настойчив в своих требованиях, не получал достаточных кредитов и старался лишь угодить великим мира сего, хотя бы и в ущерб делу.
           Несбыточные и непродуманные миролюбивые тенденции привели к фатальной для нас Гаагской мирной конференции, которая лишь связала наши руки и затормозила наше военное развитие, тогда как Германия продолжала энергично усиливаться. А затем мы затеяли порт-артурскую чепуху, приведшую к печальной памяти японской войне.
           Эта проигранная нами война, закончившаяся революцией 1905-1907 гг., была ужасна для наших вооруженных сил еще в том отношении, что мы готовились упорно к войне на Западном фронте и в то же время неосторожно играли с огнем на Дальнем Востоке, фронт которого нами совершенно не был подготовлен. Только в самое последнее перед японской войной время мы наспех сделали кое-что "на фуфу", рассчитывая лишь попугать Японию, но отнюдь с нею не воевать. Когда же вследствие нашей неумелой, ребяческой политики и при усердном науськивании императора Вильгельма война с Японией разразилась, наше военное министерство оказалось без плана мобилизации и без плана действий на этом фронте.


           К военному министру Сухомлинову, пришедшему в 1909 году на смену Куропаткину, у Брусилова отношение неоднозначное: умён, распорядителен, но поверхностен и легкомысленен.

        Главный же его недостаток состоял в том, что он был, что называется, очковтиратель и, не углубляясь в дело, довольствовался поверхностным успехом своих действий и распоряжений.



           К великому князю Николаю Николаевичу, назначенному Верховным Главнокомандующим, у Брусилова отношение сложилось положительное:

          По моему мнению, в это время лучшего Верховного Главнокомандующего найти было нельзя…. Это - человек, несомненно, всецело преданный военному делу и теоретически и практически знавший и любивший военное ремесло. Конечно, как принадлежавший к императорской фамилии, он по условиям своего высокого положения не был усидчив в работе, в особенности в молодости. По натуре своей он был страшно горяч и нетерпелив, но с годами успокоился и уравновесился. Назначение его Верховным Главнокомандующим вызвало глубокое удовлетворение в армии. Войска верили в него и боялись его. Все знали, что отданные им приказания должны быть исполнены, что отмене они не подлежат и никаких колебаний не будет.

Для сравнения дам слово Сухомлинову, который так пишет о великих князьях:

          «В характере большинства из них были признаки дегенерации, и у многих умственные способности настолько ограничены, что если бы им пришлось вести борьбу за существование, как простым смертным, то они бы ее не выдержали. Эти непригодные для дела великие князья, подстрекаемые окружающими их людьми или женами, присваивали себе право вмешиваться в дела правительства и управлений, а в особенности в армию. ...В этом я ничего изменить не мог, хотя мне и удалось того или другого из великих князей удалить с занимаемых ими постов. Это были самые умные и благородные из них, которые на мое объяснение приносимого ими вреда там, где они думали быть полезными, просто уходили. С ними я остался в личных, дружеских отношениях и вспоминаю о них с большим уважением. Но главных врагов армии, честолюбивого и грубого Николая Николаевича и Сергея Михайловича я вытеснить не смог».

           Вообще, если резюмировать оценки, проставленные Брусиловым армейским командирам самого разного уровня, то большинство из них окажется в районе тройки. Кроме великого князя, могу вспомнить положительную оценку Деникина, "показавшего отличные дарования боевого генерала".

         В общем, следует признать, что в техническом отношении мы были подготовлены неудовлетворительно и что если бы военное министерство не занималось преимущественно войной с Государственной думой, а шло бы с ней рука об руку, то результат подготовки получился бы иной. Объяснение, что мы предполагали быть готовыми лишь к 1917 году и что война застала нас врасплох, только усугубляет вину, ибо нам было известно, что немцы подготовляются к 1915 году, а следовательно, мы также должны были, чего бы это ни стоило, подготовиться к этому году, а не к 17-му. И это было хотя и трудно, но возможно; мы же готовились недостаточно энергично, спустя рукава, не желая привлекать к этой работе общественные силы из личных политических соображений внутреннего порядка, и дошли до того, что начали войну, имея только по 950 выстрелов на легкое орудие, а тяжелых орудий почти совсем не имели.
           Еще хуже была у нас подготовка умов народа к войне. Она была вполне отрицательная.


О том, как готовил свой народ к войне Германия, я упоминал в предыдущем посте. А о том, как виделись Брусилову отношения России и Германии расскажу в следующем. Точнее, ещё раз процитирую мемуары.
---
Tags: Брусилов, Исторические фрагменты, Россия, Цитаты
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • О кумирах былых времён

    Фигура Булата Окуджавы давно заняла в моём сознании отведённое ей место, и ни дополнять свои знания о нём, ни пересматривать свои оценки его как…

  • Настоящий полковник

    Впору составлять в России "Список полковников", аналог списка Форбса. А то фамилии быстро вылетают из памяти. Надо бы увековечить, да и в…

  • Срок (Time), 2021, Великобритания, мини-сериал

    Человек и обстоятельства. Можно иначе: человек и враждебная среда. Судьба двух героев сериала сложилась так, что привычное течение их жизни…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments