November 14th, 2017

Грустные городские мысли в первый снегопад

Вводная часть получилась намного больше основной, поэтому я её прикрою катом

[Спойлер вместо ката]          Город наш растёт, но, к сожалению, это давно уже не вызывает у меня радостных чувств. Потому что рост бывает разный, и придумать к такому росту эпитет, отличный по смыслу от «уродливый», у меня не получается. Рост происходит за счёт того, что на любой найденный или освободившийся кусочек земли втыкают или многоэтажную махину, или магазин. Свободен пока полузапущенный парк, который ещё поддерживают в прединфарктном состоянии, слегка припудривая дорожки и изредка обновляя скамейки. Скамейки можно обнаружить и на одном из двух наших проспектов, на аллее между полосами движения, где я часто вижу сидящих мамаш с колясками, вынужденных с малых лет приучать своих детей к выхлопным газам. По большому счёту, это (если не считать аллею вдоль водоканала) все места для отдыха внутри городской черты - дворы давно превратились в автостоянки, а стиль, заданный во времена хрущёвских пятиэтажек (то есть без дворов в старом виде), в наши дни  сохраняется и приумножается.  Попутно мелькнул в голове вопрос – а что было бы у нас с жилищной проблемой, если вместо этих унылых «новых черёмушек» продолжали бы строить сталинки? Сильно бы отличалось количество новоселий? Но альтернативная история – не мой жанр, поэтому вернёмся в настоящее. Во избежание возражений, подобных «а у нас всё не так», говоря  «у нас», я буду иметь в виду свой город (хотя и у соседей проблемы такие же).

          Есть две концепции развития города – город как дружественное его жителям пространство, и город – как пространство, враждебное для своих же обитателей. Мы пошли своим путём и выбрали вариант номер два. Если в советское время ещё можно было как-то объяснить невзрачность и незатейливость построек бедностью ресурсов, то сейчас в голову приходит совсем другое объяснение – жадность, которая закрывает выгодоприобретателям глаза на последствия. Города-спальники – вот продукт их работы (сами выгодоприобретатели, в большинстве своём, живут за городом в своих Рублёвках, Долларовках и прочих Деньгознаковках). Дома, утопающие в море машин –  так выглядит подмосковный город сейчас. Квартира как крепость, в которой человек прячется от внешнего мира, гремящего и коптящего. А вокруг всё строят и ремонтируют, часто весьма странным способом, наводящим на мысли, что для дорожных работ, например, специально берут материалы пониже качеством, чтобы уложить покрытие или плитку, а через пару лет освоить деньги, выделенные на ремонт. В качестве альтернативы этому безумию расскажу немного о первом варианте, подразумевая под ним города Швеции. Городок, в котором я останавливался,  небольшой, но и в Гётеборге, и в Стокгольме зелёных зон предостаточно, так что их наличие – это долговременная политика градоустройства, а не временное упущение градостроительства.

          Проще всего ответить на вопрос о причинах различий в направлении развития градостроительства у нас и у них общей фразой – так сложилось исторически. Туманно, но в качестве первого приближения можно принять. В самом деле, когда-то ведь сформировался некоторый подход, который по инерции, а также благодаря действию поддерживающего механизма, дошёл до нынешнего времени, и не видно причин, по которым он остановится или резко поменяет вектор движения. Условия, в которые была погружена страна, характер и механизм взаимоотношения власти и народа, влияние религии как идеологии и как общественного института, сформировавшаяся ментальность граждан, да и география, в конце концов – эти и другие факторы проявляются и в политике устройства города. Устройство механизма, который у них приводит к столь радующему глаз результату, мне не известен, но, думаю, он должен включать в себя не только менталитет граждан и чиновников, но и обратную связь, возможность контроля за действиями чиновников. Большую роль играют и традиции - как основные писанные и неписанные законы  городского устройства, так и с молоком матери усвоенные гражданами правила поведения, а также соответствующие ожидания и требования. В результате и получается, что работает целостная система, которая видит город как единый организм, за которым надо следить, поддерживать и развивать по единому плану.

          Малоэтажность и наличие свободных от построек пространств сами по себе создают более уютную и комфортную атмосферу. Шведы, к тому же, усердно, если не сказать фанатично, следят за состоянием этой атмосферы, по возможности, не допуская её загрязнения. На одной только подстрижке газонов занята куча народа. Надо сказать, что такой подход выгоден и с экономической точки зрения (на мой дилетантский взгляд). Предоставляя работу всем слоям населения и оплачивая их труд не только в размерах, обеспечивающих воспроизводство рабочей силы, но и давая некоторый излишек, государство решает и проблему кругооборота денег – заработал, пошёл в магазин, отдал деньги, которые снова возвращаются к нему... и процесс идёт.

          Всё, хватит об этом, перехожу к внешнему виду. То, что вопросы городского дизайна нельзя пускать на самотёк и доверять его лицам, имеющим о нём смутное представление, ясно всем. Раз уж разговор получился не очень весёлый, то и в качестве примера я возьму тему не самую радостную, которую проиллюстрирую несколькими фотографиями. Да, речь пойдёт о кладбище. Я летом уже немного останавливался на таких местах, пускай это будет развитие  того рассказа. Итак, о внешнем виде этого скорбного места. Мне сказали, что сотрудники кладбищ должны два года учиться своему ремеслу. Скорее всего, не все, потому что там есть и простые работы (те, например, которые выполняют косильщики газонов или трактористы). Но сотрудники, которые следят за состоянием внешнего вида кладбища в целом, явно оказались здесь не случайно. Судите сами

DSCF5304.jpg

Collapse )
====