February 4th, 2017

Соня и Лев Николаевич

          Бывают в жизни человека моменты, когда внутренние силы его организма под влиянием внешних или внутренних факторов мобилизуются и демонстрируют такие возможности, о которых в обычном состоянии человек и не подозревает. Под впечатлением летнего посещения  Ясной Поляны купил двухтомник С.А. Толстой «Моя жизнь», и неспешно продвигаюсь по его страницам. Добрался до их женитьбы. Но этому предшествовало одно событие, которое нашло отражение и в романе «Анна Каренина». Сначала кратко о диспозиции. Свадьба и предшествующие ей ритуальные телодвижения происходили в 1862 году. Невесте было 18 лет, жениху 34, будущему тестю 54, а будущей тёще - 36.   Толстой был давним другом семьи Берс, и, по мере взросления дочерей, его визиты стали увязывать с тёплыми чувствами к Елизавете, которая была на год старше Сони. И сама Елизавета не только влюбилась в Льва Николаевича, но и воспринимала его, как и всё семейство,  в качестве жениха, который почему то тянет с предложением. Ходит, но не предлагает, а девушке, понимаешь, уже девятнадцать. Напряжение нарастало, отношение к писателю менялось не в лучшую сторону, да ещё глава семейства, Андрей Евстафьевич, приревновал Толстого к своей жене. И тут Лев Николаевич почему-то обращает своё внимание на Соню. Почему и после чего произошло это внутреннее переключение, сказать на основании её воспоминаний не могу. Просто выросла девочка и перескочила в другое состояние. И сама Соня на своём восемнадцатом году стала испытывать  к Толстому другие чувства, не совсем детские...  В августе 1862 года часть семьи Берс совершила поездку в Тульскую губернию, и вот, в один прекрасный вечер, когда все укладывались спать, Толстой попросил Соню задержаться, чтобы задать ей загадку. Или что-то в этом роде:

Collapse )
===