June 21st, 2013

Новая Берлинская стена

"Здесь нет стены, нет танков», заявил вчера Обама в Берлине. Насчёт танков, возможно, он прав – на площади их не было заметно, вместо них вертолёты задействовали. А вот насчёт стены он погорячился – есть же фотографии:

Обама

            «Сегодняшние угрозы не такие суровые, как столетие назад. Но борьба за свободу, безопасность и человеческое достоинство продолжается" – там же заявил он. В рамках этой борьбы за безопасность на днях суд Алабамы на год упёк в тюрьму Джарвиса Бриттона за призывы к убийству Президента США. Год назад этот негодяй (Бриттон, конечно) разместил в Твиттере запись «Давайте убьем президента». На суде он признал свою вину и раскаялся в содеянном. Случай это не единственный, месяц назад ещё одного «убийцу» за аналогичную запись приговорили к 6 месяцам заключения. А ещё, помню, за стишок, в котором усмотрели подстрекательство к убийству Обамы, поэта посадили на 33 месяца.
            Напоминает мне такая борьба за свободу, безопасность и человеческое достоинство «посадки за анекдоты», о которых так любят с благородным гневом вспоминать правозащитники. Только сейчас что-то притихли они, не слышу я их комментариев. Ждут, наверное, когда за подобное прижмут кого-нибудь в России или Беларуси, вот тогда они и развернутся – политзаключённые, права человека, свобода выражения мнений…

Велик и могуч русский язык!

Петр Петрович Петухов, поручик пятьдесят пятого Подольского пехотного полка, получил по почте письмо, полное приятных пожеланий. Приезжайте, – писала прелестная Полина Павловна Перепелкина, – поговорим, помечтаем, потанцуем, погуляем, посетим полузабытый, полузаросший пруд, порыбачим. Приезжайте, Петр Петрович, поскорее погостить.

Петухову предложение понравилось. Прикинул: приеду. Прихватил полуистертый полевой плащ, подумал: пригодится.

Поезд прибыл после полудня. Принял Петра Петровича почтеннейший папа Полины Павловны, Павел Пантелеймонович.        

Пожалуйста, Петр Петрович, присаживайтесь поудобнее, – проговорил папаша. Подошел плешивенький племянник, представился: Порфирий Платонович Поликарпов. Просим, просим.

Появилась прелестная Полина. Полные плечи прикрывал прозрачный персидский платок. Поговорили, пошутили, пригласили пообедать. Подали пельмени, плов, пикули, печенку, паштет, пирожки, пирожное, пол-литра померанцевой. Плотно пообедали. Петр Петрович почувствовал приятное пресыщение.

После приема пищи, после плотного перекуса Полина Павловна пригласила Петра Петровича прогуляться по парку. Перед парком простирался полузаросший пруд. Прокатились под парусами. После плавания по пруду пошли погулять по парку.

Присядем, – предложила Полина Павловна. Присели. Полина Павловна придвинулась поближе. Посидели, помолчали. Прозвучал первый поцелуй. Петр Петрович притомился, предложил полежать, подстелил полуистертый полевой плащ, подумал: пригодился.    

Полежали, повалялись, повлюблялись. Петр Петрович – проказник, прохвост, – привычно проговорила Полина Павловна.

Поженим, поженим! – прошептал плешивенький племянник.  

Поженим, поженим, – пробасил подошедший папаша. Петр Петрович побледнел, пошатнулся, потом побежал прочь. Побежав, подумал: Полина Петровна – прекрасная партия, полноте париться.

Перед Петром Петровичем промелькнула перспектива получить прекрасное поместье. Поспешил послать предложение. Полина Павловна приняла предложение, позже поженились. Приятели приходили поздравлять, приносили подарки. Передавая пакет, приговаривали: прекрасная пара.

А подробности смотрите здесь.